Детская электронная библиотека
Поиск по библиотеке

Популярные авторы

Популярные книги


Новости библиотеки




Главная arrow Саша Чёрный arrow Саша Черный - Скоропостижный помещик



Саша Черный - Скоропостижный помещик

Случайтакойбылнаосенних вольных работах. Копали солдаты у помещика 
 бураки. Вот, стало быть, в один распрекрасный вечер ворочался солдат Кучерявый 
 насвоемтопчаневхозяйскойриге.Невтерпеж ему стало, надышали солдаты 
 густо,-цельнаярота,нетникакой возможности. Дневальный, к нему спиной 
 повернувшись,устав внутренней службы долбит. Ночничок коптит. Чего ж зевать? 
 Скочилонтихимманеромс койки, шинельку в вещевой мешок прихватил, пошел 
 искатьсебеспокою. Ходил-бродил и забрался в людскую баню, что на задворках 
 стояла.Соломкив угол подбросил, умостился кое-как, притих и дремлет. Блохи 
 огнем калят, да что ж, ужели из-за такой сволоты не спать? 

 Однакослышит, кто-то в вещевом мешке копается, - мышь не мышь, будто пес 
 лапамискубет. Лунный дым пол заливает. Приклонил солдат голову, видит, зверь 
 вроде древесной обезьяны. Откуль такому в Волынской губернии взяться? Глянул в 
 другойраз,аж сердце зашлось: сверху рожки, снизу копытце, на пупке зеленый 
 глазгорит.ПодтянулсяКучерявый,- солдат не кошка, некогда ему пугаться. 
 Левуюладоньмелкимкрестомзакрестил,изловчился,ихватьза мохнатый 
 загривок.Чертиесть,только мелкой масти, - надо полагать, из нестроевой 
 чертовой роты самый лядащий. 

 - Ты чего, гад, в мешке шарил? 

 - Нитки, - говорит, - вощенной искал. Прости, служивый, дьявола ради! 

 - Зачем тебе, псу, нитки? 

 - Мышей летучих наловил, взводному бесу на уху. А нанизывать, дяденька, не 
 на что. 

 - Вот я тебе чичас нанижу! 

 Выудилизкарманатрынчик,сыромятныйшинельный ремешок, и, ладони не 
 снимая, скрутил бесу лапки, как петуху на базаре. Встряхнул и сел сверху. 

 - Ндравится? 

 - Чему ндравиться? Дурак стоеросовый! Пользы своей не понимаешь. 

 И захныкал. 

 - Кака-така польза? Чего врешь? 

 - Солдатврет, а черт, как стеклышко. Ты б меня отпустил, я б тебе за это 
 исполнение желанья, как полагается, сделал. 

 - Надуешь, кишка тараканья! 

 - Ну,ждидосвету.Может,яднемдымом растекусь, будешь, дурак, с 
 прибылью. Чертово слово - как штык. Не гнется! Ты где ж слыхал, чтобы наш брат 
 обещанья не исполнял. Ась?.. А между прочим, зад у тебя, солдат, чижолый. Чтоб 
 ты сдох! 

 И опять захныкал. 

 Задумался Кучерявый. Чего ж пожелать? Сыт, здоров, рожа, как репа. Однако, 
 машинкаунего заиграла, а черт тем часом перемогся, дремать стал, - глаз на 
 пупке, как у курицы пленкой завело. 

 - Ладно!Чтодрыхнешь-то?Туттебе не спальный вагон. Сполняй желания: 
 желаю быть здешним помещиком. Поживу всласть, мозговых косточек пососу... Хоть 
 на час, да вскачь. Делай! 

 Черт лапой пасть прикрыл: смешно ему, да обнаруживать нельзя. 

 - Чтож, - говорит, - вали!.. Удалось картавому крякнуть. Это ты, солдат, 
 здорово удумал. 

 - А куда ж ты настоящего помещика определишь? 

 - Нетвоязабота месить чужое болото. Подземелье у нас за дубняком есть: 
 там и переспит, очумевши. А когда тебе надоест... 

 - Что ж тогда делать-то? 

 - Волосуменявыдери,даприпрячь. Подпалишь его на свечке - помещик 
 опятьнасвоем отоман-диване зенки протрет, а ты прямо к вечерней поверке на 
 свое место встрянешь. Понял? 

 - Икозелпоймет.Толькокак бы мне за самовольную отлучку не нагрело. 
 Фельдфебель у нас, брат... шутник! 

 - Эхты,мозольармейский. В помещики лезет, а наказаниев боится. Ну, и 
 сиди до утра, дави мои кости, - хрен сухой и получишь. 

 ПривсталКучерявый,ладонь с загривка снял. Плюнул ему черт промеж ясных 
 глаз.Словотакоеволшебное завинтил, - аж по углам зашипело: "Чур-чура, ни 
 пуха, ни пера... Солдатская ложка узка, таскает по три куска: распядь пошире - 
 вытащит и четыре!" Зареготал черт и сгинул. 

 И смыло солдата, как пар со щей, а куда - неизвестно. 

	
	
 * * * 

 Наутропротираеттугиеглаза-под ребрами диван-отоман, офицерским 
 сукномкрытый, на стене ковер - пастух пастушку деликатно уговаривает: в окне 
 розовыйкуст торчит. Глянул он наискосок в зеркало: борода чернявая, волос на 
 головезавитой,помещицкий,на грудях аграмантовая запонка. Вот тебе и бес! 
 Аккуратныйхлюстпопался.КрякнулКучерявый.Взошел малый, в дверях стал, 
 замечание ему чичас сделал: 

 - Поздно, сударь, дрыхнуть изволите. Барыня кипит, - третий кофий на столе 
 перепревши. 

 - Тыжс кем, - отвечает солдат, - разговариваешь? Каблуки вместе, живот 
 подбери. 

 - Некогда,-говорит,-мнесживотамивозжаться!Барынясерчает. 
 Приказала вас сею минуту взбудить. Все дела проспали. 

 - Как барыню зовут-то? 

 Шарахнулся малый. 

 - Аграфеной Петровной. Шутить изволите? 

 - А тебя как кличут? 

 - Ильей пятый десяток величают. Кажная курица во дворе знает. 

 Спугалсяслуга.Помещик у них тихий, непьющий, - барыня строгая, винного 
 духа не допускала. С чего бы такое затмение? 

 Влезсолдатвподдевку,плисовыешароварыподтянул,самсебе перед 
 зеркалом рапортует: 

 - Честьимеюявиться. Вас черти взяли, а меня на ваше место представили. 
 Мурло только у вас не очень чтобы выдающее... 

 Умыватьсястал,Ильяпуще глаз таращит. Где ж видано, чтобы благородный 
 господин,вротводынабравши,себе на руки прыскал и по роже размазывал. 
 Однако стерпел. Видит, характер у помещика за ночь как будто посурьезнее стал. 

 - Зубки изволили забыть почистить. 

 - Ятебепочищу,будешьдоволен. Полуоборот направо! Показывай, хлюст, 
 дорогу, забыл я чего-й-то. 

 Однимсловом,взошелонвстоловую комнату. Помещение вроде полкового 
 собрания, убранство, как следует: в углу плевательная миска, из кадки растение 
 выпирает,ккостылюмочалойприкручено, под потолком снегири насвистывают, 
 помет лапками разгребают. Жисть! 

 Закофием грозная барыня сидит, по столу зорю выбивает. Насупилась. Собой 
 красавица: у полкового командира мамка разве что чуть пополнее... 

 - Заспался?Заместокофиюсухарьпогрызешь песочный. Требуха ползучая! 
 Забыл, что-ли, какой ноне день? 

 - Немогузнать.День обнаковенный, воскресный. Дозвольте вас, Аграфена 
 Петровна, в сахарное плечико... того-с... 

 Вскипелабарыня,плечомвзубы ткнула, так пулеметным огнем и кроет... 
 Откудова ж Кучерявому знать, что у них вечером парад-бал назначен, батальонный 
 адъютантдочкепредложениенацелилсясделать.Упаси Господи, хоть из дому 
 удирай,данекуда.А барыня дочку из биллиардной кличет, полюбуйся, мол, на 
 папашу. Забыть изволил - "жирофлемонпасье"! Может, оно по-французски и хорошее 
 чтообозначает,аможет,француззатакиесловачайныйсервиз разбить 
 должен... 

 Дочканичего,изсебя хлипкая, жимолость на цыплячьих ножках. Покрутила 
 скорбно головой, солдата в темя чмокнула. Нашла тоже, дура, куда целовать. 

 Однимсловом,отрядилабарынясолдатапередкрыльцом дорожки полоть, 
 песком посыпать. Как ни артачился, евонное ли, бариново дело в воскресный день 
 белыеручкио лопух зеленить? - никаких резонов не принимает. Как в приказе: 
 отдано и - баста. Слуги все в город за вяземскими пряниками усланы, Илья-Холуй 
 наполу сидит, медь-серебро красной помадой чистит. Полез было солдат в буфет 
 травникухватить, чтобы сердце утишить. Ан, буфет на запоре, а ключи у барыни 
 на крутом боку гремят. Сунься-ка! 

 Ползалон,ерзалдообеда,упарился, китайского шелка рубашка пятнами 
 пошла. Домашний пес, меделянский пудель, за ним, стерва, ходит. Чуть Кучерявый 
 присядеткорешковпокурить,тянетего за поддевку, рычит: - "Работай, мол, 
 солдатская кость, знаем мы, какой ты есть барин!" 

 Спол-урокаотмахал,дочкаемув форточку веером знак подает: папаша, 
 обедать!Взыгралсолдат,-в брюхе-то, ползавши, аппетит нагуляешь. Взошел 
 перышком.Смотрит, перед барыней гусь с яблоками, перед им - суп-сельдерей из 
 мушиных костей, две крупки впереди плывут, две сзади нагоняют. 

 - Почему, - говорит, - такое? 

 - Почкиутебягнилые,мясноготебе нельзя. Супу не хочешь, - моркови 
 сырой погрызи, очень от почек это помогает. 

 Всталсолдатиз-застола,- будто на сонной картинке пирожок лизнул. В 
 плевательнуюмискуплюнул."Покорнейшеблагодарим!"ПоманилИлью глазом. 
 Стоит,гад,чурбан-чурбаном,с барыниной шеи муху сдувает. Сам, небось, все 
 потроха-крылышкипотомодин стрескает. Пошел горький помещик с пустой ложкой 
 на кухню.Котлыкипят,поросенокнасковородескворчит,кбал-параду 
 румянится. 

 Фельдфебель,кот лысый, расстегнувши пояс, у окна сидит, студень с хреном 
 хряпает,желвакнаскулетакиходит.ПосматриваетКучерявый издали на 
 фельдфебеля с опаской, переминается, а сам спряпуху в сени манит: 

 "Выдь-ка,мать,разговорбудет".Вышлаонакнему,ничего. Женщина 
 пожилая, почему и не выйти. 

 - Ужели,- говорит солдат, - для ради своего барина и студня не найдется? 
 Оголодал, мочи моей нет, - кишка кишку грызет. 

 Не на такую, однако, наскочил. 

 - Инепросите,вашездоровье!Барыня меня пополам перервет, потому - 
 почки у вас заблуждающие. 

 Послалонстряпуху,кудапоармейскому расписанию полагается, с тем и 
 ушел.Фельдфебельскую казенную горбушку на кадке нашел, сгрыз до крошки. А за 
 окномсолдаты,ротныедружки,в ригу гуськом спешат, котелки с щами несут, 
 лавровыйдухдосамогосердцадостигает, мясные порции на палочках несут. 
 Променял быка на комариную ляжку! 

 Вертаетсяонмимо барыниной спальни. Слышит, спружины под барыней ходят, 
 кряхтитбарыня,гускаеераспирает. Поиграть, что ли? Остановился, в дверь 
 мизинным пальцем деликатно брякнул. 

 - Дозвольтевзойти? В акульку перекинуться, либо орешков погрызть? Оченно 
 тошноодномудодомуслоныслонять.А вы, между прочим, из себя кисель с 
 молоком, хоть серебряной ложкой хлебай. Душенька форменная! 

 - Пошел,-говорит, - прочь, моль дождевая! Чтоб я таких слов солдатских 
 больше не слышала! 

 К дочке встенкуизумруднымкольцомтюкнулаиопятьсловасвои 
 по-французски: "жирафле-монпансье..." Хрен их знает, что они обозначают. 

 СтащилКучерявыйскоридорноголаря лакейскую гармонь. Обрадовался ей, 
 словноротномукотлу.Пошелксебев кабинет, на отомане умостился, ноги 
 воздел и только было грянул любимую полковниковую: 

 Дело было за Дунаем 
 В семьдесят шастом году, - 

 ан,летят со всех ног Илья-холуй да стряпуха Фекла, руками машут, гармонь 
 из рук выворачивают. 

 - Барыня взбеленимшись, у них толькопослеобеденныйсонвхрап 
 развернулся, а вы ее таким простонародным струментом сбудили. Приказано сей же 
 час прекратить! 

 Загнул солдат некоторое солдатские присловье, Феклу так к стене и шатнуло. 
 Однако,подчинился.Видит-барынявдоме в полных генеральских чинах, а 
 помещик вроде сверхштатного обозного козла, ротной собачке племянник. 

 Задержал он в дверях Илью, спрашивает: 

 - Чтожэто,друг,барыня у вас такая норовистая? До себя не допущает, 
 никакой веселости ходу не дает. В чем причина? 

 Лакей форменно удивляется: 

 - Разижвамнеизвестно,чтоимение на ихнее, барынино, имя записано. 
 Характеруваспоэтойпричине подчиненный. Туфельки на бесшумной подошве 
 надеть извольте-с. Барыня серчает, почему скрип. 

 - Дал бы я твоей барыне леща промеж лопаток... Давай туфлю-то, рабья душа! 

 Скидываетонс тихим шумом штиблетки на самаркандский ковер. Нагнулся, - 
 слышит от Ильи умильный дух - перегаром несет. 

 - Чтож,Илья,этакнегодится!Я ведь тоже вроде человек. Тащи сюда 
 сладкойводочки,даогурцовкотелок.Ухнем в тишине, тетку твою за правую 
 ногу! 

 - Никакнет,сударь!Барыня меня должности решит. Я потаенно, извините, 
 вкушаю. А вам они нипочем не дозволяют. Капли свои почечные извольте принять. 

 СхватилсолдатИльюзабело-коленкоровыегрудки,потряси в коридор 
 высадил.Пал на отоман, бородку в горстку сгреб и до самой вечерней зари, как 
 бугай, пластом пролежал. Авось, думает, на бал-параде отыграюсь... 



* * * 

 Ввечеруснарядилисолдатаповсейформе.Сапожкилаковыепо ранту, 
 поддевкановая,царского сукна, кисть на рубашке алая, полтинник, не меньше, 
 стоит.Набралсяондуху, сунулся было в дверях с ротного командира шинельку 
 стаскивать.Однакобарынязашипела: "Ты что ж, денщик, что-ли? Фамилию свою 
 срамишь. С дам скидывай, а с господами офицерами и Илья управится". Ротный ему 
 лапусует,здоровкается,а солдат-дурак руки по швам, глаза пучит, тянется. 
 Кое-какобошлось.Идутвзальцу.Начальстваэтого самого, как в полковой 
 праздник. Кзакускамтабуномдвинулись.Графиныодиндругогопузатее, 
 разноцветным зельем отливают. 

 Насмелилсясолдат,-всуетедасобидыимышьхрабра,- дернул 
 рюмку-другую.Сполковымбатюшкойчокнулся, хоть он и на офицерской линии, 
 однако,вродевольного человека. Хватил по третьей, - барыне за адъютантской 
 спинойподмигнул: сторонись, душа, оболью. Четвертую грибком осадил. От пятой 
 елеегоИльяотодрал,-нежальсебя,дажаль водочки... Кругом народ 
 исподтишкаудивляется:ай-дапомещик,неужелибарынянаегоимя имение 
 отписала? Ишь хлещет, будто винокуренный завод пропивает. 

 Однако,укорот ему тут барыня сделала. Посадила с собой рядом за стол, по 
 другуюрукуротный.Прикрутиламалогона короткую цепочку. Сама его в бок 
 локтем,каблукомнамозольдавит,глазазеленые,тогоигляди пополам 
 перекусит.Ротный его про здоровье спрашивает, насчет заблуждающейся почки, а 
 он, словно за чуб его бес поднял, вскочил да гаркнул по солдатски: 

 - Покорнейше благодарим, ваше высокоблагородие! 

 Гости,известно,ухмыляются:разнесло,мол, помещика, рот на распашку, 
 язык на плече... 

 Осадилаегобарыняна задние ноги, аж шароварный хлястик лопнул. Кругом 
 пьют,едят,сосед соседке кренделяет. Один солдат, как пес на аркане. Только 
 во вкус вошел, робость монопольным винтом вышибать стало, ан тут и точка. 

 Междутем, господин полуротный напротив сидел, догадался: "Воды, говорит, 
 - не угодно ли? Потому у вас в лице сердечная бледность". 

 Накапалемусполстакана. Поднес Кучерявый к усам: хлебной слезой так в 
 душу и шибануло! Опрокинул на лоб, корочку черную понюхал, сразу головой будто 
 вышестал.Барынесамнамозоль наступил, в бок ее локтем двинул... Песню 
 играть стал, с присвистом ложками себе по тарелке подщелкивает: 


 На поляне блестит лужа, 
 Воробьи купаются... 
 Наша барыня от мужа 
 В полдень запирается! 

 Катавасиятут пошла, грохот. Барыня авантажной ручкой до солдатской морды 
 добирается:сконфузил,гунявый,привсех,да и дочке карьеру того и гляди 
 перешибет. Ротныйееоттаскивает,полковойдокторкаплямипрыщет.Еле 
 угомонились.Атутдочкадляперебоянафортепьянной музыке танец вальс 
 ударила,завертелиськтоскем.Солдатнезевает, полынной в суматохе в 
 проходномзакоулкехватил,-хмельнойклинвголовусебе вбил. Ротного 
 матушку,полнокровнуюсырую старушку обхватил и давай ее почем зря буреломом 
 вертеть,какжерноввокруг пушки. Солдатские вальцы ломают пальцы... Насилу 
 отодрали. 

 РазбушевалсяКучерявый.По ломбардному карточному столику ляпнул - доска 
 пополам. 

 - Ктоздесьхозяин? Я! Построиться всем в одну шеренгу! На первый-второй 
 рассчитайсь!.. Ряды вздвой! Желаю всем приказание объявить... 

 Ну,тут некоторые военные насупились: простой помещик, вольная личность - 
 офицерскимсоставомкомандоватьвздумал.Собралиськольцом, дым ему в нос 
 пускают, пофыркивают. А он как рявкнет: 

 - Желаю,чтобывсюроту чичас же сюда представить! Всем солдатам полное 
 угощенье!Ичтобженамоя,барыня,приполномпараде русскую перед ими 
 сплясала. Живо! 

 Тутегоокончательнои пришили. Справа и слева под ручки, как свинью на 
 убой,поволокли.Елозитон ногами, упирается, а барыня сзаду разливательной 
 ложкойпоушамда по темени. Насилу полковой доктор уговорил, чтобы полегче 
 стукала, потому при блудящей почке большой вред, ежели по ушам-темени бить. 

 Вдвинулиегов кабинет, наддай пару, так до самого дивана на собственных 
 салазкахдокатился.Воттебеи помещик! И дверь на двойной поворот: дзынь. 
 Здравствуй, стаканчик, прощай вино! 

 Отдышалсяон,вокругсебе проверку сделал: вверху пол, внизу - потолок. 
 Правильно. В отдалении гости гудят, вальц доплясывают. Поддевка царского сукна 
 подмышкойпастьраскрыла,-продрали,дьяволы.Правильно.Сплюнул он на 
 самаркандский ковер, - кислота винная ему поперек глотки стала. Глянул в угол, 
 -икнул:на шканделябре черт, банный приятель, сидит, щучий сын, ножки узлом 
 завязывает-развязывает. Ах ты, отопок драный, куда забрался. 

 - Что ж, господин помещик, весело погуляли, мозговых косточек пососавши? 

 - Не твое, гнус, дело. Слезай чичас с моей шканделябры! 

 - Слез один такой... Говори с дивана, я и отсюда слышу. 

 - Желанье мое второе сполнить можешь? 

 - Уговор об одном был. Разлакомился? 

 - Барынюмою сократи, сделай милость. Я тебе вощенных ниток цельный моток 
 у каптенармуса добуду. 

 - Ишь, сирота! За одну минуту кости давил, а теперь - моток! Шиш получишь, 
 а второй тебе завтра барыня к обеду выставит. С мозговой косточкой... 

 Рванулсябыло Кучерявый с дивана, да хмель его назад навзничь бросил...На 
 пустой желудок, полынная, известно, хуже негашенной известки. 

 - Эфиоптухлый!Сдерну вот пищаль с ковра, глаз тебе на пупке прострелю, 
 как копеечку... 

 - Вали,вали!Пищаль,брат,с турецкой кампании не заряжена. Мишень-то 
 готова. 

 Рыбьей спиной повернулся и хвост задрал. 

 - Пали, ваше благородие. Может, ручки подсобить вам поднять? 

 И серный дух по всему кабинету пустил. Прямо до невозможности. 

 Икнул солдат, язык пососал и голову набок. 

 * * * 

 Прочухалсясолдатчерезнекоторое время. В окне вечерняя заря полыхает. 
 Пошарил кругом, от помещицкого обмундирования одна пуговица на ковре валяется. 
 Дверьназапоре.Подокноммеделянскийпудель, домашняя собачка, на цепу 
 скачет, пленника стережет. ДожилКучерявый.Ротныйнесажал,атут 
 партикулярнаябабастрогимарестомнаградила.Илья, поди, в замочную щель 
 смотрит, в кулак, стервец, грегочет. Опохмелиться нечем... Слюнку проглоти, да 
 языкомзакуси. Потряс он дверь изо всех солдатских сил, барыня из биллиардной 
 так и рявкнула: 

 - Цыц,гунявый!Нетои белье отберу. Жалобу губернатору подам, что ты 
 менятиранишь.Я евонная дальняя тетка! Он тебя, окаянного, в дисциплинарный 
 монастырь сошлет... 

 Хлопнулсебясолдатпоисподним,-попал, как блоха в тесто. И пяток 
 теперьнеотдерешь. А за окном солдатики у колодца весело пофыркивают, белые 
 личики умывают. Жисть! 

 Сунулсяонбыловкисет,дымом перегар перешибить. Ан в кисете пусто: 
 только и всего - дратва не дратва, вроде свиной щетинки волосок свернувшись. 

 Вспомнилон,вчемсуть,нарадостяхнавесьдомзасвистал, аж в 
 шканделябраххрусталикизакачались.Теперь можно! Шваркнул серничком о пол, 
 запалил волосок, - и смыло солдата, как пар со щей... 

 А перекличка тем часом идет, до его фамилии добираются. 

 - Кучерявый! 

 - Я! 

 - Ты где ж это, лягавый, бродил? Куда самовольно отлучался? 

 - Не могу знать, господин фельдфебель! 

 Неуспел фельдфебель на него зыкнуть, распоряжение сделать, чтобы на утро 
 солдатаприполнойвыкладкеподружьеуригипоставить,- ан в дверях 
 Илья-холуй с ножки на ножку деликатно переступает. 

 Подошел фельдфебель, ручку ему потряс. 

 - Барыняприслали,нельзя-ли к им завтра утречком солдатика прислать. По 
 случаю бал-парада столик ломбардный пополам хряснул. 

 - Чтож, - говорит фельдфебель. - Кучерявый у нас столяр выдающий. Завтра 
 утромипойдешь.Барынятебяза работу гуской покормит, мозговых косточек 
 пососешь... 

 Усолдатаажвгрудяхзасвербело.Неиначекакчерт это его опять 
 сосватал.Ишь, зеленый пупок в углу над бревном помигивает. Закрестил от себе 
 мелким крестом ладонь, руку сжал, черту исподтишка кулак показывает. 

 Ифельдфебель,-точноего, лысого кота, ветер на оси в другую сторону 
 завернул, - задумался... 

 - Никакнет...Запамятовал.Завтраутромротный приказал Кучерявого в 
 город командировать. В полковой канцелярии шкаф рассохши... 

 ВздохнулКучерявый. Будто сто пудов с плеч сбросил... Да, пожалуй, барыня 
 не меньше того и весила.

			
 

© 2007-2009 Deti-Book.info – электронная Интернет-библиотека детской литературы, в коллекции которой собраны рассказы, стихи, сказки народов мира, русских и зарубежных авторов, детские детективы, фантастика и фэнтези.
Эта электронная библиотека создана на некоммерческой основе, все книги взяты из открытых источников, предназначены только для ознакомления и не должны использоваться в коммерческих целях.
Автор проекта: admin@deti-book.info