Детская электронная библиотека
Поиск по библиотеке

Популярные авторы

Популярные книги


Новости библиотеки




Главная arrow Саша Чёрный arrow Саша Черный - Катись горошком



Саша Черный - Катись горошком

Укатила барыня, командирова жена, на живолечебные воды, на Кавказ. Остался 
 мужейный,эскадронныйкомандир, в дому один. Человек уж не молодой, сивый, 
 хошаикрепкий:спотыкачуводинраз рюмок по двадцати охватывал. Только 
 расположилсянаполнойсвободе развернуться, от бабьего гомону передохнуть, 
 глядь-поглядь на двор барынина мамаша на пароконном извозчике вкатывает. Перья 
 нашляпкелопухом,скрозь вуальку глазищами, словно вурдалак, так и лупает. 
 Барыняей,сталобыть,секретный наказ послала: "Приезжай, последи за моим 
 сахарным. А то без меня дисциплину забудет, - либо обопьется, либо с арфянками 
 загуляет.Вдомнаведет,изприданыхмоих чашек лакать будут". Отдохнул, 
 значит! 

 Высадилон мамашу, грузную старушку, ус прикрутил, глаза вбок отвел и под 
 ручкуеенакрыльцоповолок. - "Прошу покорно, заждались! Эй, Митька, тащи 
 чемоданы, дорогая мамаша приехамши, - крыса ей за пазуху!" 

 Ихошьбыодна заявилась: пса с собой привезла закадычного. Голландской 
 работыпопрозвищумопсКушка.Личностьвроде,какуей самой, только 
 помельче. 

 Отвели ей с псом самолучший покой. Расположились, квохчут. Не поймешь, кто 
 с кем разговаривает: барыня ли с собачкой, собачка ли с барыней. 

 Ходитротмистрокругстола, шпорами побрякивает, ус книзу тянет. Кипит. 
 Денщика кликнул. 

 - Продышатьсяпойду... Какие мамашины приказания будут по буфетной части, 
 сполняй.Аежелионаначнет под меня подкоп домашний рыть, выспрашивать, - 
 смотри у меня, Митрий! 

 - Слушаюсь, ваше высокородие! Промеж дверей пальцев не положу. 

 Денщик,чтож,-человекказенный. Самовар раздул, мягкие закуски для 
 старойбарынинастолшваркнул.Вчашкунадышал, утиральником вытер, из 
 варенья муху горсткой выудил, обсосал, - дело свое знает. 

 Отдохнуластарушка.В столовую вкатывается, коленкор ейный гремит, будто 
 кровельщик по крыше ходит. Сзади Кушка хрипит, по сторонам, падаль, озирается, 
 собачью ревизию наводит. 

 Заварилаоначаю, половину топленых сливок себе в чашку ухнула, половину 
 Кушке.Голландской работы собачка простого молочка не трескает. Денщик Митька 
 стоит у окна, мух на стекле подавливает, ждет, чего дальше будет. 

 Старушка на блюдечко дует, невинную речь заводит: 

 - Что ж ты, друг ананасный, барином своим доволен? 

 - Так точно! Командир натуральный. Дай Бог кажному! 

 - Гости у вас часто бывают? 

 - Батюшка полковой заворачивает. Странники кое-когда, проходящие... Хозяин 
 дома вчерась водопровод проверять приходил. Крантик у нас ослабемши... 

 - Так! Выпивает командир с ними, что ли? 

 - Небезтого,выпивают-с.Клюквенный квас у нас отменный после барыни 
 остался. 

 - Квас, говоришь?.. Ну, а сам он куда отлучается, не примечал ли? 

 - Примечал,какже-с.Вманежездятназанятия. В бане третьего дня 
 парились.Впарикмахерскуюзавсегдаходят.Волос у них жесткий, - дома не 
 бреются... 

 - Так-так.Насловахтвоиххотьвыспись... Ну, а где ж он обедает без 
 барыни? В собрание ходит? 

 - Никакнет.Яим кой-чего стряпаю. По средам-пятницам - рыбка. А так - 
 либо каклеты, либо телятина под безшинелью. 

 Вскинулабарынина мамаша глазки: из блохи, мол, шубу кроишь, да мне не по 
 мерке. 

 - Вечерами что ж твой барин делает? 

 - Псалтирьчитают.Другиегосподана биллиардах, а они все псалтирь... 
 Либо по тюлю крестиками вышивают. 

 Харкнула старушка со злости. Ишь, охальник, - руки по швам, язык штопором. 

 - Кушкумоегонапроменадповедешь.Чтосливы-то выпучил? Он уличное 
 гуляньеобожает...Черезулицусмотри на руках переноси, - извозчики у вас 
 аспиды. Ты мне за него головой отвечаешь! 

 - Слушаюсь,сударыня.Собачкапервоклассная,отчегожне ответить... 
 Только для вас спокойнее, чтобы я со двора не отлучался. 

 - Патрет я с тебя писать буду, что ли? 

 - Никак нет. Не извольте беспокоиться... А только на прошлой неделе жулики 
 тутусоседей шарили. Ваших, примерно, лет невинной старушке в русской печке 
 пятки прижгли и ограбили. Вам в случае чего помирать - раз плюнуть, а мне и за 
 вас, и за Кушку отвечать... Больно много наваливаете. 

 Испужалась она, завякала: 

 - Ах,страсти какие! Сиди уж лучше на кухне. Кушку я из окна на веревочке 
 по двору вывожу... Матушки-батюшки, город-то у вас какой окаянный! 

 Денщикрукамиза спиной поиграл. Кто не слукавит, того баба задавит. Ишь 
 ты, мымра, чего придумала!Чтобвсевстречныедрагуныдагорничные 
 задразнили..."С повышеньицем вас, Дмитрий Иванович! В собачьи мамки изволили 
 заделаться"... 



 * * * 

 Заварила барынина мамаша кашу - ложка колом встанет. Куды командир, туда и 
 она, самотеком. Новоселье ли у кого, орденок ли вспрыскивают, все ей неймется. 
 Не с тем, мол, приехала, чтобы пальцы на ногах пересчитывать... Мантильку свою 
 черногостеклярусавскинет,датаклетучеймышью рядом и перепархивает с 
 мостковнамостки.Резвостьдвужильнуюобнаружила, - злость кость движет, 
 подол помелом развевает. 

 Сдастеекомандирвгостяххозяевамнаруки, сам в дальнюю комнатку 
 продерется-пографинампройтись,вбанчокперекинуться,либо дамочку 
 встречнуюлегкимсловомзарумянить-ан старушка контрольная тут как тут. 
 Картыизрук валятся, водка мимо рта льется. Шершавость у ней в глазах такая 
 быланепереносная.Прямо,как скаженный он стал. А не брать нельзя, в чулан 
 мамашунеспрячешь.Жалованьекомандирскоеизвестное: на табак, да на щи. 
 Способияонаемуизпензенскогоимениявысылала - то мундир обновить, то 
 должокзаплатить,токопченого-соленого с полвагона. Отянешь ее за хвост, - 
 банку мухоморов пришлет, прощай зятек, постучи о пенек... 

 Иденщикутошно.Известно,баринутуго-слугавзатылке скребет. 
 Принесешь-криво,унесешь-косо.Хоть на карачках ходи. Да и Кушка-пес 
 одолеватьстал.Небельные ножки с одинокой скуки грызть начал, гад курносый. 
 Денщикувзбучка, а пес в углу зубы скалит, смеется - на него и моль не сядет, 
 собачкапревелегерованная.Ладно,думает Митрий. Попадется быстрая вошка на 
 гребешок. Дай срок! 

 Поводил-покрутилкомандирмамашу,каккобылунакорде, невмоготу ему 
 стало. Стал дома рейтузы просиживать. Придет с манежа, чай пьет, бублик промеж 
 пальцевнапол крошит, приказы прошлогодние с досады читает. А она супротив. 
 Какячменьнаглазу.Лопочет,разливается. Разговорная машинка у нее лихо 
 работала.Хошьнеотвечай, хошь на крыльцо выйди на луну сплюнуть, она знай 
 жерновожерновточит.Почемупопадья перестала в баню ходить, да сколько 
 ветеринарлошадиногоспирта незаконно вылакал, да к какой гувернантке корнет 
 Пафнутьевнабудущей неделе в окно лезть собирается... Командир аж побуреет. 
 "Угу" да "угу", - только и ответов. 

 Дошлоидоденщика.Разбариндома сидеть стал, ей не страшно насчет 
 жуликов, которые в печке невинных старушек жгут. 

 - Ступай, ступай, - говорит, - Митрий! Кушку моего по улицам выводи. Что ж 
 ты его все по двору таскаешь. Этак ты его до водяного ожирения доведешь... 

 НасупилсяМитрий,стакан,который мыл, в руках у него хряснул. Ужели от 
 срамоты этакой так и не отвертеться? 

 Пошелнакухню,покрутилсятам,вертаетсявеселыйсремешком энтим 
 кобельковым."Пожалуйтенапроменаж, прошу вас покорно!" На сахарок Кушку в 
 переднюю выманил... Однако слышит - рычит Кушка, упирается, аж дверь трясется. 
 Что такое?! 

 - Не хотят на улицу. Прямо морду ему чуть не оторвал. Изволят упираться... 

 Попробоваластарушка: может, денщик-черт нарочно ожерелок потуже затянул? 
 Грехклепать!Все как следовает. Потянула: за ней идет, похрюкивает, животом 
 полметет. За Митрием - ни с места! Лапы распялит, башкой мотает, будто его в 
 прорубь водяному на закуску тащат. 

 Глянулротмистр,задумался.Ведьвотденщику судьба послабление какое 
 сделала. А мамаша-то пензенская сидит, как приклеенная. Не вырывается... 



 * * * 

 Дальшедабольше.Дарьякухарка, через забор жила, кой-когда к денщику 
 забегала-часы в темном углу проверить, мало ли дел по соседству. Известно: 
 стархочетспать, а молодые играть. Уследила барынина мамаша, на дыбы стала. 
 "Ступай,ступай,шлендра!Подолвзубки, кругом марш!.. Нечего чужие сени 
 бокамизасаливать"...Ивсахарницес той поры куски пересчитывать стала. 
 Денщиктолько серьгой потряхивает, дюже его забрало. Барин, бывало, придет из 
 собраниячерезкрайхлебнувши,самсебяневидит,Вкарты ему случаем 
 пофартит,червонцыизкармананастолбрякнут,- не считано, не меряно. 
 НикогдаМитрийдырявойполушкой не попользовался. А тут, накося, - сахар!.. 
 Присыпала перцу к солдатскому сердцу. 

 Ладно. Стала она по иному со скуки выкомаривать, откуль что берется. Сидит 
 онавечером, на блюдечко толстой губой дует, самовар попискивает. Ротмистр из 
 спичек виселицу строит: кому неизвестно. 

 - Что-й-то,-говорит старушка, - двери у нас скрипят нынче. К дождю это 
 беспременно.Смажь,Митрий, маслом, - мне завтра в гостиные ряды идти, ужель 
 мокнуть. 

 Денщикчеловекказенный.Смазал.Языкбыейсмазать,авосьбы тож 
 прояснило. 

 А она наддает: 

 - Ты, Митрий, вчерась опять каклетки оставшие с буфета не убрал? 

 - Виноват. Тараканов на кухне морил, запамятовал. 

 - Виноват...Азнаешьты,что это означает? Если мышь неубранное после 
 ужина поест, у хозяина зубы разболятся. 

 Ротмистр под столом шпорами: дзык. 

 - Чепуха это, мамаша. На нетовую нитку бабьи вздохи нанизаны. 

 Старушка указательной косточкой по столу постучала. 

 - Скаль зубы! Конечно, есть приметы сырые: нос чешется, - в рюмку глядеть. 
 Другиеротмистрыибез этого выпивают... Наши пензенские приметы тонкие, со 
 всехсторон обточены. Не соврут... Скажем - конь ржет, всякий дурак знает - к 
 добру.А вот ежели вороной жеребец в полночь на конюшне заржет - беда! Пожара 
 в этом доме в ту же ночь жди. Хоть в шубе-калошах спать ложись. 

 Денщикк стенке отвернулся, сухую ложку мокрым полотенцем трет, плечики у 
 неготакиходят...Старушка серку в ухе поковыряла и опять свой варганчик 
 завела. 

 - Либо поп дорогу перейдет, - отплеваться завсегда можно. А ежели он, мимо 
 перешедши,остановится,датабачкуизтабакеркихватит,да,не приведи 
 Господи,чертыхнется,- уж тому черной оспы не миновать. Я батюшек знакомых, 
 которые нюхающие, за полверсты завсегда обхожу... Опять же собака воет. Случай 
 серый.Вкакую сторону воет, вот в чем аллигория. На север - неблагополучные 
 роды;на юг - потолок на тебя завалится; на восток - от грыжи помрешь; а коли 
 на запад - молоко тебе в голову беспременно бросится. Приметы без промаху! 

 Командирвиселицусвоюспичечнуюраскидал,встализ-застола,ноги 
 ножницами раззявил. Голос мягкий, а под ним так смола и пробивается. 

 - Выбы,мамаша,Кушкусвоегоотравили, что ли. Больно много от него, 
 стервы,опасностев.Этожвсеравно, что на ручных гранах польку плясать. 
 Спокойнойночи.Пока молоко в голову не бросилось, пойду пасьянц Наполеонову 
 могилу перед сном разложу. 

 Смолчаластарушка.Драгунский обычай известный: все смешки. Погоди, Изюм 
 Марцыпанович, с судьбой шутить, не барьеры брать... 

 АМитрий,-убуфетаонвсекружился,-этакимсладким кренделем 
 подкатывается: 

 - Оноточно-с.Которые благородные, сумлеваются. Мужицкий пустобрех! А я 
 верю-с. У нас тоже свои приметы имеются, орловские. Выдающие... 

 - Расскажи,дружок,расскажи.Пирожок,которыйоставши,можешьсебе 
 взять... 

 - Покорнейше благодарим, закусимши уже. Ежели к примеру пробка в графин не 
 темконцомвоткнута,значит,гость в дому загостился, пора ему, значит, на 
 легком катере к себе собираться. 

 Глянула она на графин, - поперхнулась, аж глаза побелели. 

 - Пошелвон,глуздырь!Скажу вот завтра командиру, чтоб тебя на хлеб на 
 воду посадить за приметы твои дурацкие... 

 Пробку, какследовает,перевернула,сахарницувбуфетзамкнула,и 
 поплелась к себе с Кушкой на покой - в сонное царство, перинное государство. 

 Ровновполночьзаржал на конюшне вороной жеребец. Прокинулась барынина 
 мамаша, свет вздула, да к командировым дверям: 

 - Вставай, зять! Пожар! 

 - Дед бабу рожал... В чем дело, мамаша? 

 - Жеребец твой ржет вороной. Слышишь? 

 - Неперекрашивать же из-за вас. Я во сне с городским головой пунш пил, а 
 теперь он без меня все высосет. Беспокойная вы старушка... 

 Денщиктут же стоит, свечку держит, будто ружье на-караул. Какой там сон! 
 Белаякофтапобокамвьется-чистыйсаван.Бумажки в волосьях рыбками 
 прыгают. А жеребец так и заливается. Ужасти-то какие! 

 - Дом-то у тебя хоть застрахован? 

 Вздохнулротмистр:поком этот вздох, тот бы в щепку изсох... И пошел к 
 себе досыпать. Авось городской голова не все выпил. 

 Амамашачулки-мантильку надела и до белой зари на сундучке подремала, - 
 либо в эту ночь, либо в будущую беспременно гореть придется. До утра обошлось, 
 ничего. 

 А утром еще злее беда накатила. Повела она Кушку на променаж, - с денщиком 
 нипочемнешел,-трах,усамой калитки батюшка в трех шагах поперек 
 прошелестел.Остановился,табачкуизтабакерки хватил, да как чертыхнется: 
 "Экий дьявольский ветер, половину табакерки выдул, бес его забодай!" 

 Вернуласьстарушка,гайкиунееразвинтились,поперильцамкое-как 
 подтянулась. Взошла в столовую, шатается. Ротмистр к ручке, а она в кресло так 
 студнем и осела. 

 - Что еще такое?! 

 - Ох,друг...Накликаланасвою голову. Поперечный поп, табак нюхавши, 
 чертыхнулся...Кушкумоеготебезавещаю.Имение-дочке. Не подходи, не 
 подходи лучше, я теперь вроде как в карантине. Черной воспы не миновать! 

 Подивилсяротмистр.Жилка у нее на шее бьется, глаза мутные. Одурела что 
 ли мамаша?.. Да и впрямь чудно. 

 Какпорасписаниювсевыходит.Махнулперчаткой,шашкуподтянул, - 
 "дзык-дзык", на коня сел и в манеж. 

 Денщикполоскательнойчашкойпостукивает,хрустальныйстаканв руках 
 пищит.Человек казенный, ему это все без надобности. Мало ли делов?.. Часы на 
 стене, - время на спине. 

 Непила она, не ела цельный день. Все пронзительную соль с пробки нюхала, 
 да капустные листья к голове прикладывала.Сахар-провизию,однако, 
 пересчитала, что следует выдала - и на ключ. 

 Вечером сидит командир один:полстаканачаю,пол-рома.Мушки 
 перепархивают.Тишинакругом.Будтостарушкуогуречным рассолом залило. В 
 задумчивостион пришел, в полсвиста походный марш высвистывает. Таракан через 
 мизинныйперстень рысью перебежал: - что оно по пензенским приметам означает: 
 чирий на лопатке вскочит, альбо денежное письмо получать? Тьфу, до чего мамаша 
 голову задурила! 

 И вдруг, братцы мои милые, как взвоет Кушка в старушкиной спальне... Чисто 
 гудокпаровозный.Выскочиластарушкавчем была, шерсть на ей дыбом, да к 
 командиру: 

 - Куда окно-то мое выходит?! 

 - На север, мамаша... Так она и присела: 

 - Дачтоже это за напасть такая. Неблагополучные роды? Это у меня-то? У 
 вдовой старухи?! 

 - Что ж вы ко мне привязамшись? С Кушки вашего и спрашивайте. 

 Денщик в дверях стоит, мнется. Почесал в затылке - и за дверь. 

 Взвыл Кутка еще пуще. Кинулась она в спальню. 

 - На юг воет!.. 

 - Это что ж, мамаша, по вашему прискуранту выходит? 

 - Потолокзавалится... Матушки!.. Выноси, Митрий, вещи, у меня уже с утра 
 уложены. Часу здесь не останусь! 

 - Дачтожевы, мамаша, в своем ли уме? Потолок дубовый, хоть слонам по 
 ему ходить. Бросили бы... 

 - Нет, зятек, я-то в своем уме, а вот ты попрыгай. 

 Жеребецворонойржал,попчертыхался, да еще Кушка подбавил... Чичас к 
 ночному поезду коляску подавай. Пемирать, так уж на своих пуховиках... 

 - Я,мамаша,вашемуконфорту не препятствую, - а только, может, приметы 
 ваши пензенские в нашей губернии не действуют? 

 - Шутитьвздумал? Молебен дома отслужу, авось рассосется. Эва, сколько на 
 одну женщину наворочено. Митрий! 

 Денщиктуткактут.Человекказенный.Набаринасмотрит: как, мол, 
 прикажете? 

 - Что ж,закладывай.Действительно,странночто-тооднокдругому 
 приторочено. 

 Митрийза вещи, старушка за Кушку, - ротмистр на ходу ее в плечо чмокнул. 
 Катись горошком! 



* * * 

 Гитарыбренчат, стаканы звенят, полон дом гостей, - праздник у ротмистра. 
 Завороногожеребца пили, за ветер, который у скоропроходящего батюшки табак 
 изтабакеркивыдул,за голландской работы собачку Кушку. Дивятся некоторые, 
 руками разводят. Как все, мол, ладно вышло: сама себя пензенская мамаша легким 
 одуванчикомвышибла.Головы ломают, случаи разные рассказывают, один другого 
 мудренее. 

 Укогопетух в усадьбе все головой тряс, пока воры кладовую не взломали. 
 Тогдаипрекратил.Цыганке одной мышь попала за пазуху, - недели не прошло, 
 струнанагитарелопнула,да ее по глазу. А у свояченицы городского головы 
 родинкабыламышастая на том месте, что самой не видно, - к добру это... Вот 
 онапятьдесяттысяч, как одну копеечку, и выиграла на свой внутренний билет. 
 Поди ж... 

 Командир только головой вертит: бабьи побрехушки... Глянул он невзначай на 
 денщика,-стоитстаканывытирает, глаза щелками лучатся, вот так к ушам и 
 тянется. Как есть лиса в драгунской форме. 

 - Поди-ка, Митька, сюда, поди! Ты что ж это в тряпочку пофыркиваешь? Уж не 
 ты ли, хлюст, тут волшебствами этими жеребячими занимался?.. 

 Молчит Митрий, глаза пучит. 

 - Говори,черт, не бойся. Я сегодня добрый. Почему Кушка с тобой на улицу 
 гулять не шел? Ась? 

 - Обидноужбольно, ваше высокоблагородие. Командир полка встренется, во 
 фронтстатьнадо...Атутмопсаутебя на шпоре сидит. Опять же куфарки 
 задразнят. 

 - Ты тут не таранти! Гни так, чтобы гнулось, а не так, чтобы лопнуло... 

 - Такточно!Каблукиянашатырнойводкойнатер.Чуть энтого Кушку к 
 каблукунаремешке притянешь, так он на задок и садится, голосом голосит. Ни 
 одна собачка не вытерпит. 

 - А жеребец почему ржал? Соли ты ему на хвост посыпал? 

 - Потому,вашескородие,забрало меня дюже. Командир в доме один, а тут 
 они, на нас верхом семши, сахарницу стали запирать!.. 

 - Ты про сахарницу брось. Говори да откусывай! 

 - Дакакже ему не ржать, ежели в полночь вестовой корнета Пафнутьева по 
 уговору кобылу их благородия к нашей конюшне к самой отдушине подвел. 

 - Шпингалет ты, я вижу... А батюшку ты как же ей подсунул? 

 - Никакнет!Дарья-куфаркаотцадьяконаподрясникс веревки сняла, - 
 проветривалсяон.Шляпуихнююнахлобучила,бородумы, извините, из вашей 
 заячьейрукавицыприладили.Итого... чертыхнулась Дарья... действительно. 
 Голос у ее толстый! 

 Гостикольцомстянулись,смеются.Командирглазамипоблескивает.Не 
 нагорит, значит. 

 - Ассобачкой чего проще. Я округ барыниной спальни над плинтусом внизу 
 по стенкам балалаечную струнку приспособил, коробок от ваксы к ей подвесил. За 
 веревку дернешь, коробок тихим манером и дзыкнет, с которой стороны требуется. 
 Цельныйдень Кушку на конюшне репертил, пока он выть не стал под энту музыку. 
 Собачкамузыкальная.Только,ваше скородие, прошу прощения - промашку я дал 
 спервоначалу: на север, это точно выть бы не следовало. Неудобно-с вышло. 

 Гостиажприсядают, до того им понравилось. Налил командир полную стопку 
 рома, поднес Митрию. 

 - Пей, бес! На этот раз прощаю. Вот только мамашу огорчил уж очень, сна ее 
 надолго теперь лишил. Шутка ли сказать, приметы какие к ней прикручены... 

 - Никакнет! Не извольте беспокоиться: потолок и пожар при нас останутся. 
 Анасчетчернойоспыяимсредствиенавокзале дал: ежели они мозоль с 
 кушкинойпяткивырежутив полночь его натощак съедят, никакая их воспа не 
 возьмет... 

 Зареготали гости. Командир в ус ухмыльнулся: 

 - И что ж, поверила? 

 - Такточно!Полтинничекначай дали-с. Ужли нашему орловскому способу 
 ихней пензенской приметы не перешибить?

			
 

© 2007-2009 Deti-Book.info – электронная Интернет-библиотека детской литературы, в коллекции которой собраны рассказы, стихи, сказки народов мира, русских и зарубежных авторов, детские детективы, фантастика и фэнтези.
Эта электронная библиотека создана на некоммерческой основе, все книги взяты из открытых источников, предназначены только для ознакомления и не должны использоваться в коммерческих целях.
Автор проекта: admin@deti-book.info